Н. С. Рубина
О языках иностранных



 

...Всякое изучение иностранных языков развивает ум, сообщая ему гибкость и способность проникать в чужое мировоззрение

Д. И. Писарев


Знаете ли вы, сколько существует на свете языков? Учёные полагают, что около трёх тысяч. Около трёх тысяч «живых» языков и примерно столько же «мёртвых»!

Язык является как наукой, так и средством общения. Как наукой языком интересуются в основном только языковеды. Но любой человек, независимо от его наклонностей, всегда интересуется языком как средством общения. И как средство общения язык, несомненно, доступен каждому независимо от его способностей.

Ах, с каким бы удовольствием я себя выпорол!

«Не знаю языков. Ах, с каким бы удовольствием я себя выпорол! Без знания языков чувствуешь себя, как без паспорта». Вот как горько сожалеет великий мастер русского слова Антон Павлович Чехов о незнании иностранных языков. «Зачем я не знаю языков? Мне кажется, беллетристику я переводил бы великолепно. Когда я читаю чужие переводы, то произвожу в своём мозгу перемены слов и перестановки, и получается у меня нечто лёгкое, эфирное, подобное кружевам».

Зависть белая! Она ведь не порок. Наоборот, один из сильнейших стимулов в любом творчестве. Приди она к писателю раньше, заставь его изучать языки, и мы читали бы теперь произведения многих зарубежных авторов в переводе Чехова. Но этого не произошло. Правда, не ясно, нужно ли нам сожалеть об этом.

Я был там словно глухонемой

 

...Успех всякой умственной деятельности зависит главным образом от того, насколько такая деятельность сочетается с желанием овладеть предметом

П. Хэгболдт


Мнение, что всякий образованный человек обязательно должен в той или иной степени владеть иностранным языком, прочно вошло в нашу жизнь. И мнение это никто не пытается опровергнуть, дабы не быть скомпрометированным и не прослыть невеждой. Более того, если раньше школьник слышал о пользе иностранного языка (а заодно и учил его) с пятого класса, то теперь всё это зачастую начинается уже в детском саду и нередко не кончается даже с завершением образования. Таким образом, число лет, отведённых на изучение одного иностранного языка, получается двузначным. Но факт этот, несомненно положительный, не в полной мере соответствует закону о переходе количества в качество. Речь идёт о многократно наблюдаемом явлении: те, кто по многу лет изучают иностранный язык, в конечном итоге либо не владеют им совсем, либо почти не владеют.

Недавно из поездки в Лондон вернулся один мой знакомый. Талантливый математик, он блестяще защитил докторскую диссертацию, когда ему не было ещё тридцати лет. Несмотря на свою молодость, он завоевал авторитет в науке, работы его были переведены на многие языки, и вот ему предложили поехать в Англию для встречи и обмена опытом с зарубежными коллегами. В этой поездке советскую делегацию сопровождал переводчик, и молодой учёный, хотя он и не говорил на английском языке, чувствовал себя уверенно, даже не подозревая о трудностях, с которыми предстояло ему столкнуться.

«Я был там словно глухонемой, – жаловался он по приезде, – никакого контакта с зарубежными математиками не получилось. Доклад свой я с помощью переводчика сделал, на этом всё и кончилось. Русский язык там почти никто не знает, а я не владею английским. Литературу по своей специальности читаю на трёх европейских языках, но говорить не могу ни на одном из них. Переводчик? Переводчик хорошо знает язык, но не математику. Я пытался вести научную беседу через переводчика, но получалось очень длинно и как-то беспомощно, так как он обычно не мог уяснить себе даже суть проблемы. Да разве можно требовать от переводчика знания математики, физики и других наук? А вот мне бы не мешало овладеть навыками английской речи в школе, институте и аспирантуре, где я этот язык изучал. Тогда я не придавал ему никакого значения и, «проходя» его тринадцать лет, фактически проходил мимо него. Вот я и наказан. Поездка, от которой я так много ждал и которая могла бы принести мне столько пользы, оказалась пустой...».

Итак, ещё один человек, который бы с удовольствием себя выпорол за то, что сам себя ограбил.

Самоограбление, кстати, будучи явлением, в сущности, редким, при изучении иностранных языков стало почти закономерностью. А о причине этой закономерности несложно догадаться, прочитав высказывание Питера Хэгболдта.

В известном сборнике «Физики продолжают шутить» (М., «Мир», 1968) напечатана новелла о том, что думают о целесообразности изучения иностранных языков представители типично «не языковых» профессий.

Говорят, что великий физик Гиббс был очень замкнутым человеком и обычно молчал на заседаниях учёного совета университета, в котором он преподавал. Но на одном из заседаний, когда решался вопрос о том, чему уделять в новых учебных программах больше места – математике или иностранным языкам, он не выдержал и произнес речь. «Математика – это язык!» – сказал он.

Что ж, речь Гиббса никак не назовешь бессодержательной, хотя она и отнюдь не в пользу иностранных языков. Математика, по его мнению, – это язык, на котором могут изъясняться и понимать друг друга все учёные мира без помощи слов.

Этого же мнения придерживался и мой знакомый. До некоторых пор.

На каком, собственно, языке вы делали доклад?

Кто возьмёт на себя смелость утверждать, что овладеть иностранным языком – дело не хитрое? Разве что тот, кто никогда этим не занимался. А вот пытался ли кто-нибудь установить, насколько хорошо надо владеть иностранным языком, чтобы использовать его в своей работе, не попадая при этом в курьезную ситуацию? Этого, по-видимому, не пытался сделать никто. А практика между тем показывает, что разница между незнанием языка и знанием его «постольку-поскольку» порой весьма незначительна! В уже упоминавшемся сборнике есть прекрасный пример такого «знания».

Известный венгерский физик Лео Сцилард читал свой первый доклад на английском языке. После доклада к нему подошел физик Джексон и спросил: «Послушайте, Сцилард, на каком, собственно, языке Вы делали доклад?». Сцилард смутился, но тут же нашёлся и ответил: «Разумеется, на венгерском, разве Вы этого не поняли?». «Конечно, понял. Но зачем же Вы натолкали в него столько английских слов?» – отпарировал Джексон.

Пример этот не только весьма поучителен, но и полезен: он помогает определить минимальный уровень владения языком.

Определение это можно сформулировать так: уровень владения иностранным языком не должен быть ниже того, при котором иностранец безошибочно узнаёт в нём свой родной язык.

А что, если знать все слова?

 

Вилка 1. Предмет, из столового прибора в виде ручки с двумя, тремя или четырьмя зубьями, которым берут и кладут в рот куски пищи. 2. В различных областях техники – орудие, приспособление или какое-нибудь устройство в виде вил, с раздвоенным концом. 3. В шахматной игре – положение, при котором пешка угрожает сразу двум фигурам.

Толковый словарь
русского языка


15 сентября. Вчера поспорил с Сергеем, что к концу года выучу все английские слова. Вот удивится Анна Ивановна! Анна Ивановна – самая лучшая наша учительница. Ничего ей пока говорить не буду ...

25 октября. Большой словарь открыл и закрыл. Его наверняка бы никто никогда не осилил. Я взял пока маленький, на 10 000 слов. Учу слова на «A». Серёга смеётся, говорит, чем словарь зубрить, лучше рыбок разводить ...

12 ноября. Сегодня на уроке Анна Ивановна сказала, что для того, чтобы научиться говорить по-английски, надо больше читать. А я вот так, например, думаю: чего ж читать, когда слова ещё не все знаю? Сначала все слова надо выучить, а потом уже браться за чтение. Начал учить слова на «B» ...

28 декабря. Странно как-то получается. Слово знаю, а в тексте его не узнаю. В четверти по английскому тройка вышла. Столько слов знаю, а говорить пока совсем не могу. Ничего, вот когда все слова выучу, тогда наверняка заговорю. Ещё две четверти впереди ...

23 января. Сегодня не выдержал и всё рассказал Анне Ивановне. Не могу больше слова учить. Пока на «B» учил, на «A» все забылись. Столько вызубрил слов и всё без толку: ни говорить, ни читать, ни переводить лучше не стал. Только время зря потратил. Прав был Серёга, чем словарь зубрить ...

Из дневника Вити Л., ученика 7-го класса


Успех всякой деятельности, несомненно, во многом зависит от того, какие методы используются для его достижения. Это в полной мере относится и к изучению иностранных языков. По количеству методов, используемых для их изучения, иностранные языки занимают, пожалуй, одно из первых мест. Правда, по качеству эти методы далеко не равноценны, но каждый из них непременно находит себе поклонников.

Так, известный французский методист Гуэн, обладая феноменальной памятью, взял толстый немецкий словарь и, вопреки голословным утверждениям Вити Л., что это, дескать, невозможно, выучил из него наизусть все слова. Кроме того, он основательно освоил немецкую грамматику. Полагая, что всесторонне овладел языком, Гуэн поехал в Германию слушать лекции в университете.

Велико, однако, было его разочарование, когда он обнаружил, что, несмотря на приобретённый им «багаж», он не только не понимает немецкой речи, но и сам ничего не может сказать. Говорить и понимать – вот чему, оказалось, он не научился.

Но в чём же дело? Почему, несмотря на вложенный труд, «словозубрёжный» метод не принёс успеха?

Прежде всего, видимо, потому, что любое слово живёт полной жизнью только во фразе. Взятое отдельно, оно мертво. Мёртвым оказался и весь «словарный запас» Гуэна.

К тому же в разных предложениях одно и то же слово может иметь не только разное, но даже противоположное значение. Так например, английское слово odds переводится как первенство, разногласие, преимущество, шансы.

Совершенно очевидно, что знание одного из значений этого слова не даёт возможности даже угадать другие его значения.

Слово odds – не исключение. Большинство слов в языке имеют не одно, а множество значений, которые познаются из множества фраз путем языкового опыта. Из одного предложения можно узнать только одно значение слова.

Таким образом, учит нас языковый опыт, а не словарь. Словарь – лишь посредник при первом знакомстве, и злоупотреблять им не следует.

Залог успеха

 

Со знанием должно быть обязательно связано умение...

Печальное явление, когда голова ученика наполнена бóльшим или мéньшим количеством знаний, но он не научился их применять, так что о нём приходится сказать, что хотя он кое-что знает, но ничего не умеет.

А. Дистерверг


Из чего же складывается языковый опыт и как его приобрести?

Если мы обратимся к толковому словарю за значением слова «опыт», то получим определение, которое, несомненно, поможет нам ответить на поставленный вопрос. Согласно толковому словарю опыт – это совокупность практически усвоенных знаний, умений, навыков.

Значит, для накопления языкового опыта необходимо, прежде всего, практическое применение полученных знаний. Иными словами, для того, чтобы научиться говорить и понимать, писать и читать на иностранном языке, следует как можно чаще это делать, используя для этого всякую возможность.

Речь наша состоит из единиц, которые сохранились в памяти потому, что мы часто слышали или встречали их при чтении. Чтение, таким образом, является не только одной из основных целей, но и важнейшим средством изучения иностранного языка. Обогащая наш словарный запас, оно способствует углублению уже накопленных знаний. Читая, мы не только знакомимся с новыми словами, но и узнаём, в зависимости от контекста, другие значения известных нам слов. Кроме того, как пример правильного использования изучаемого лексического материала, чтение представляет собой для нас важнейшую форму практики.

Но для того, чтобы чтение на иностранном языке приносило пользу и удовлетворение, необходимо соблюдать следующие условия.

Материалы для чтения должны соответствовать уровню владения языком на данном этапе, и подбирать их следует, руководствуясь принципом «от простого к сложному». Начинать лучше всего с адаптированной литературы, постепенно переходя к чтению оригинальной.

Чтение – это прежде всего источник получения информации, поэтому при выборе книг на иностранном языке желательно сочетать приятное с полезным и читать то, что вас особенно интересует, – будь то классика, приключенческая литература или детективы. Кроме того, старшеклассникам рекомендуется читать интересующие их статьи из иностранных научно-популярных журналов, так как это подготавливает их к чтению зарубежной литературы по выбранной специальности.

Важно также соблюдать следующее правило: читать систематически, прочитывать ежедневно хотя бы одну страницу иностранного текста.

Далее, при чтении на иностранном языке по возможности следует избегать перевода. Перевод зачастую сравнивают с костылем, который нам не нужен, когда мы можем ходить без него. «Ходить» в данном случае означает читать так, чтобы улавливать содержание, не останавливаясь на форме. Полное понимание при чтении приходит только с практикой.

Это же относится и к пониманию «на слух». «Научить» свое ухо воспринимать иностранную речь не менее важно, чем научиться говорить, писать и читать на этом языке. Нередко даже хорошо владеющие языком люди, впервые оказавшись за границей, чувствуют себя поначалу растерянными, ничего не понимая из того, что говорят вокруг. У иных даже создается впечатление, будто они слышат магнитофонную запись, воспроизводимую на повышенной скорости. Однако через некоторое время ощущение беспомощности проходит, так как ухо постепенно адаптируется к непривычному темпу речи.

Научиться понимать «на слух» – одна из основных задач при изучении иностранного языка. Для этого необходима постоянная практика. Иначе говоря, чтобы научиться слышать, надо как можно больше слушать.

Начинать лучше всего с пластинок, прослушивая один и тот же текст до тех пор, пока не будет достигнуто полное его понимание. При выборе пластинок на иностранном языке следует придерживаться того же принципа, что и при выборе материалов для чтения: «от простого к сложному».

Когда понимание пластинок не будет вызывать трудностей, можно начать прослушивание радиопередач на иностранном языке. Воспринимать естественную речь, конечно, намного сложнее, чем работать с пластинкой или магнитофонной лентой. Но отчаиваться, столкнувшись с трудностями, не следует: понимание радиопередач на иностранном языке приходит постепенно. Поэтому так же, как и читать, слушать речь на иностранном языке желательно ежедневно, уделяя этому хотя бы минут пятнадцать.

Не правда ли, трудно представить себе шофёра, который безупречно знал бы правила уличного движения, все приёмы вождения машины, знал бы, как машина устроена, но... не умел бы её водить? Не менее трудно вообразить себе математика, знающего множество формул, но не умеющего ими пользоваться при решении простейших задач. Зато ни у кого почему-то не вызывает изумления тот факт, что, много лет изучая иностранный язык, основательно усвоив его грамматику и выучив к тому же массу слов, многие не могут заставить себя произнести на нём фразу. В чём же дело?

Учась выполнять математические операции, мы делаем ошибки и не стыдимся этого. Учась водить машину, шофёр тоже неизбежно где-то ошибается, но продолжает свой путь. Но вот многие из тех, кто изучает иностранный язык, настолько страшатся (или стесняются) своих ошибок, что предпочитают «правильно» молчать. Результат говорит сам за себя: никому пока ещё не доводилось научиться говорить, сохраняя при этом молчание.

Об этом же свидетельствует высказывание известного полиглота, члена Академии наук Эстонской ССР, профессора Пауля Ариетэ:

«... В языках я больше всего люблю и ценю возможность общения, живого разговора. Свои научные работы я пишу на 15 языках, а говорю на 20 языках. Эти «ножницы» объясняются тем, что новый язык я начинаю учить с разговорной части.

... Уже больше 30 лет преподаю я в Тартуском университете иностранные языки. Мой главный принцип – как можно скорее заставить студентов «заговорить»... Те, кто стесняются, боясь сделать ошибку в ударении, неправильно употребить тот или иной оборот, никогда не научатся свободно говорить. Смелость, так же как и в любом другом деле, – залог успеха при изучении языков».


В сущности, весь этот монолог сводится к фразе «Не будь дураком – учи английский!». Любой занимающийся наукой рано или поздно приходит к этой мысли. Сам я, честно говоря, балансируя между тройкой и четвёркой по английскому во время учёбы в универе, взялся за изучение языка без всякой связи с математикой. Просто однажды я увидел в гостях у своего знакомого по клубу любителей фантастики порядка 200 paperback'ов, которые он собрал во время учёбы на Физтехе. С этого всё и началось... Хочу добавить к статье Н. С. Рубиной ещё одну, уже более практичную. Её автор даёт весьма толковые советы для начинающих. – E.G.A.


Потяни себя за язык

Иностранный язык. Увы, некоторым моим согражданам он даётся с трудом, да и вы наверняка отвергаете идею выучить его самостоятельно, считая её абсурдной. Поэтому, когда того требуют обстоятельства, приходится выкладывать немалые деньги за разные курсы. Затрат же (по крайней мере, материальных) результаты часто не оправдывают. Между тем выучить язык только по книжке вполне реально.

Что значит для меня выучить язык? Прочесть и понять статью, а при необходимости объясниться с человеком, для которого этот язык родной. Конечно, заманчиво говорить на чужом языке свободно и чисто, но, если вы не готовитесь в шпионы, не гонитесь за произношением. Уверяю, вас поймут, как вы понимаете иностранца, нещадно коверкающего русские слова.

Сколько я знаю языков? Не могу ответить точно. И не потому, что очень много (я читаю на десяти), а потому, что не уверен, действительно ли я их знаю, ибо разговорная практика у меня невелика.

Не надо считать мои заметки учебным пособием. Я лишь хочу поделиться опытом и убедить вас, что изучить самостоятельно чужой язык вполне возможно, кроме того, это занятие доставляет немало удовольствия.

Итак, вы поставили себе цель... Нет, не выучить язык и, тем более, не овладеть им; вы решили научиться, во-первых, читать на чужом языке и, во-вторых, объясняться на нём. Если вы не изучали этот язык ранее, надо усвоить кое-какие основы грамматики по учебнику. Пригодится любое пособие: все они примерно одинаковы.

Если у вас есть хотя бы небольшой опыт, возьмите книгу поинтереснее (лучше всего детектив или что-нибудь пикантное). Приступим сразу к переводу.

Все слова подряд выписываем на листочек, разграфлённый на две части (если транскрипция не нужна) или на три (если транскрипция необходима). Скоро вы уясните, где слова, несущие основную смысловую нагрузку, а где все эти артикли, предлоги и прочие вспомогательные действующие лица. Доверьтесь тому компьютеру, что у вас в голове, он совсем неплохо устроен. Если даже ребёнок за пару лет усваивает все лингвистические правила, то вы усвоите и подавно.

Выписывайте слов 25-50 за одно занятие. Не пугайтесь, это совсем немного. Через 30-40 минут – первая проверка. Закройте правую сторону (русский эквивалент) листочком бумаги и проверьте, запомнили ли вы смысл выписанных слов. Вторая проверка должна быть на следующий день, третья – через день-два. Для индоевропейских языков достаточно трёх проверок, для непривычных по строю японского и китайского – до пяти. Очень важны временные промежутки между проверками, особенно первые 30-40 минут. Таковы особенности нашего мозга. Опыт моих друзей и знакомых показывает, что если вы пропустите это время и проверите слова только на следующий день, то к.п.д. процедуры снизится наполовину.

Первая проверка закрепляет слово в кратковременной памяти, а последующие – в долговременной.

Некоторые слова вы запомните сразу; обозначьте их каким-либо значком, например крестиком. Неопознанные же слова пометьте минусом. Когда я изучал японский, то нередко легко воспроизводил звуковой эквивалент иероглифа, но не помнил его значения. В таких случаях я обозначал иероглиф полукрестиком.

При повторных проверках в тот же день (при желании их можно делать каждые полчаса) тестировать надо только те слова, что обозначены минусами и полукрестиками.

И всё же некоторые слова ну никак не запоминаются. Что ж, тогда вам придётся освоить некоторые приёмы мнемоники. Это созданная ещё в древности наука, к сожалению, сейчас в забвении, а ведь она учит тому, как надо учиться.

Когда вы узнаёте новое слово, то у вас возникают связанные с ним дополнительные ассоциации. Постарайтесь ухватить их и запомнить. Например, французское слово lever – вставать. Что прежде всего приходит в голову, когда вы слышите – «левэ»? Наверняка многие подумали о льве. Прекрасно. Сложите в голове фразу «в лесу встаёт лев». Ручаюсь, большинство, прочитавших эти строки, уже не забудут, как по-французски «вставать».

Применяйте этот приём только к словам, не запомнившимся с первого раза. Не бойтесь того, что ваша память переполнится лишними образами и ассоциациями. Всё ненужное со временем выветрится, а новые слова останутся.

Знайте, чем бессмысленнее созданный образ, чем он больше затрагивает ваши эмоции, тем лучше он запоминается. Хорошо запечатляются пикантные образы и ассоциации. Не стесняйтесь их. Вот, например, английское слово embarass – смущать, стеснять. О чём вы подумали, услышав «эмба». Мне лично видится амбар и смущённая девушка. Кому-то может привидеться смущённый нефтяник на берегу реки Эмбы (там есть нефтяное месторождение). Что ж, это хорошо запоминающийся образ, ведь вряд ли кто-либо из обычных людей видел смущённого нефтяника. Важно не только увидеть образ, но и дать ему словесную формулировку, например: «смущённая девушка убежала в амбар».

Не мучайтесь, подыскивая удачные ассоциации, берите первую попавшуюся. Она поможет вам вспомнить слово.

Но вернёмся к листочкам со словами. В один и тот же день вы повторяете только те, что обозначены минусами и полукрестиками. (Кстати, проверки эти вполне можно делать в метро или электричке.) После того как слово у вас получило свои три крестика, вы обводите их кружочком и при повторных проверках это слово пропускаете. Начинающие после такой процедуры надёжно запоминают около половины слов, тренированные – больше девяноста процентов.

Постепенно у вас накопится стопка листков со словами на разной стадии запоминания. Когда возле каждого слова на листке появится кружочек с крестиками, смело отправляйте его в корзину. Старайтесь не накапливать большую стопку – она деморализует. Поэтому если на листке осталось одно-два незапомнившихся слова, перепишите их лучше на другой. Постепенно вы научитесь делать всё быстро, хотя необходимость в этом со временем исчезнет: вам не нужно будет переписывать одно слово несколько раз, поскольку в отличие от мышц память тренируется хорошо в любом возрасте.

Не ждите скорых результатов; месяца два-три вы почти ничего не будете понимать. Не паникуйте, это нормально. Месяцев через пять-шесть вы пройдете перевал – большинство фраз станут ясны. И однажды, прочтя абзац на чужом языке, вы почувствуете, как хорошо, красиво и понятно звучит эта фраза.

Занимайтесь регулярно. Не делайте перерывы чаще одного-двух раз в неделю. Тогда через год вы будете читать художественную литературу без словаря, угадывая почти каждое незнакомое слово по смыслу.

Если вы выучили хотя бы два языка, оторваться от этого занятия уже не просто. Вы начнёте находить удовольствие, сопоставляя слова из разных языков. Вот вы узнали, что по-английски «вдова» – widow, а по-немецки – wetwe, по-французски – veuve, по-итальянски – vedova. А если после этого вы изучаете японский, то разве вам неинтересно, что по-японски «вдова» – ( «ми» – означает «не», отрицание, «бо» – умерший, «дзин» – человек). То есть вдова – это «ещё не умерший человек».

После того как вы разучите достаточно слов, лучше запоминать сразу словосочетания и фразы. Очень легко усваиваются поговорки. Их немало, например в итальянском: «Chiva piano, va sano e va lontano» – кто едет медленно, едет здоровым и едет далеко (тише едешь – дальше будешь). «Пьяно» – тихо, «сано» – вспомните «санитарию», «лонтано» – приходит в голову французское loin – далеко. Вообще, итальянский на удивление простой и красивый язык. Многие слова понятны без перевода. Например, лодка на нём barca, движение – movimento.

Кстати, если кто-либо из любителей восточных учений решит обратиться к первоисточникам, то в санскрите найдёт немало для настоящего пиршества ума. На санскрите «братья» – бхаратрин, «эти» – эте, «ты» – твам, «огонь» – агни, а «сноха» так и будет сноха.

Немного о японском. В нём тоже можно найти немало занятных моментов. Вот иероглиф означает «женщину», а три таких иероглифа вместе образуют иероглиф – «разврат». Конечно, запоминать все эти закорючки сложно. Правда, дело облегчает то, что количество составных элементов не так уж велико, основных, ключевых, всего 218. Но их комбинация даёт пищу воображению.

Возьмем, например, иероглиф . Один из вариантов его употребления тару – «быть достаточным, хватать». Нижняя часть мне напоминает иероглиф , обозначающий ногу, а верхняя напоминает мне ящик, тару. «На ногу поставили тару и насыпали достаточно».

После трёх месяцев занятий можете осваивать разговорную речь. Возьмите разговорник и поступайте так же, как и с листочками.

Не думайте, я не против учебников. Но, по-моему, за них надо браться после того, как у вас уже появились какие-то гипотезы о структуре языка.

Я убеждён, что любой нормальный человек в силах освоить пять-шесть языков за несколько лет. Вы можете возразить, нет на это времени. Но попробуйте, постарайтесь сделать так, чтобы эти занятия вошли в привычку. Дело даже не в том, чтобы поразить кого-то эрудицией. Тренируйте свой ум, и в старости вам не будут страшны склерозы и маразмы.

А. В. МИТРАШКОВ

Небольшой бонус для тех, кто добрался до этого места. Это архив (356 Кб) с тремя книгами, которые, как мне кажется, удобно использовать при написании статей на английском. Я, по крайней мере, использую. Их текстовый формат позволяет легко по русскому математическому термину (а то и фразе) разыскать английский эквивалент. В непакованном виде книги тоже выложены, и, скорее всего, сетевой народ будет находить их напрямую, когда поисковики обнаружат и проиндексируют эти файлы. Так что доступ получат все желающие, разве что читающие эти строки смогут утянуть выложенные книги с меньшими издержками. Поэтому бонус и небольшой. :) E.G.A.



305 Кб

1221 Кб

422 Кб

Hosted by uCoz